Николай Цискаридзе: "Я еще и вышивать умею..."

Никогда не перестану удивляться истинности этой банальности: "Чем больше артист, тем меньше понтов". Ну, куда, казалось бы, круче - Николай Цискаридзе, звезда мирового балета, один из лучших танцовщиков современности, а поди ж ты - всю душу мне, как родной, излил, и никаких пальцев веером! Хоть подстерегла я его в момент не особо удобный - Цискаридзе пытался перекусить перед тем, как сесть в кресло судьи наших "Танцев...". Что-то он зачастил - то "Танцы со звездами", то "Танцы на льду"...

- Каково вам, Николай, в роли судьи?

- Ужасно! Я - человек не соревнующийся, хоть сам два раза выигрывал конкурсы. Но если от тебя зависит чья-то судьба - это очень тяжело. Вот "Танцы на льду", например, длятся три месяца, чем дальше, тем больше ты сближаешься с участниками, и очень тяжело что-либо сказать против. А говоришь - люди обижаются. И объяснить, что человек просто плохо работает, иногда очень сложно.

- А сами-то вы как к критике относитесь?

- Плохо (смеется). Как любой артист.

- А к восторженным отзывам вы уже привыкли?

- Нет, они все равно очень радуют. Знаете... Грузинские дети в основном очень красивые, а я наоборот - был ребенком очень невыразительным - худой, щупленький... Лишь иногда люди обращали внимание на мои глаза и необычные для ребенка ноги, которые потом принесли мне большой успех. И когда я попал в училище, то буквально с третьего дня понял, что все вокруг меня охают и ахают. А ведь до 10-ти лет я чувствовал, как смотрят на меня и как смотрят на других. И это в моем сердце оставило сильный след. Так что комплименты, похвалу люблю до сих пор.

- Интересно, при всех ваших данных вы могли бы до сих пор оставаться в кордебалете?

- Да, конечно. Я же пришел в главный театр страны, одну из главных трупп мира, у меня не было никаких знакомых, связей, мама очень рано умерла, я остался круглым сиротой и жил в неважных условиях. Но в театре работали две великие женщины - Галина Сергеевна Уланова и Марина Тимофеевна Семенова. Они в свое время были соперницами и очень редко общались, а тут появился я - и они вдруг сплотились, даже ходили к руководству, чтобы за меня ходатайствовать. Выбили для меня ставку премьера. Для Большого это - беспрецедентный случай: мальчика с низшей ставки перевели на самую высокую без всякой иерархической лестницы. Мне всегда везло на педагогов, они у меня всегда были самые лучшие. Одно дело - когда есть папа или тетя, которые скажут: "Надо пойти к Иван Иванычу, он лучший", а мне даже посоветовать было некому. И вот этот самый лучший педагог сам ко мне приходил. Есть все-таки Кто-то там, наверху...

- То, что вы - премьер в Большом, значит, что вам можно то, чего нельзя другим?

- Конечно. Я могу сделать то, что хочу, у меня есть свое расписание, я никогда не буду никому мешать, но никого не пущу на свою территорию. И если мне полагается то-то и то-то и мне это нужно - я этим воспользуюсь.

- А говорят, костюмы вам шьют такие, каких другим не шьют...

- Да, в мастерских ко мне относятся исключительно - если мне нужно, мастерицы будут сидеть ночами, но они знают, что, если им что-то будет надо, я всегда это сделаю. И я всегда прихожу на все примерки, даже если их 22, и если театр не может найти какие-то материалы или украшения, я напрягаю своих знакомых по всему миру - и они привозят мне эти украшения и тот материал, который я хочу. И часто костюмы делаются из моих личных вещей... Просто, когда я понимаю, что костюм хорош, я себя по-другому в нем чувствую.

- Интересно, а когда вы танцуете... У вас бывают "левые" мысли?

- Только левые! Вот если бы изобрели какой-нибудь аппарат, считывающий мысли, и подключили к мозгам танцовщика - там такой поток сознания! Как во сне - когда-то ты подумал о чем-то двадцатым планом, и тут эта мысль вдруг вылезла и понеслась... Смешные иногда приходят на сцене мысли, смешные реакции, которые в жизни никогда бы не возникли. Для меня на сцене самая страшная мысль: "Что дальше?". Если так подумаю - сразу остановлюсь.

- Некоторые солисты нашего оперного жаловались, что боятся оставить за кулисами стакан воды без присмотра. А в Большом как?

- У меня таких случаев было очень много: обливали вещи машинным маслом, иголки в костюмы вставляли... Но это не только в балетном мире, и спорт с этим связан. Просто свои вещи надо очень охранять. Костюмеры знают, что у меня бывают такие проблемы, и всегда к моим вещам очень внимательны.

- Врагов своих в лицо знаете?

- Просто догадываюсь, кто ко мне не очень хорошо относится. Но я ведь тоже не Красная Шапочка...

- Берут свое грузинские корни? Хотя, вообще-то, вы производите впечатление человека мягкого...

- Грузинский темперамент проявляется только тогда, когда меня начинают доставать. Я вообще-то очень эмоционален, быстро вспыхиваю, могу и в морду дать. Но если меня не трогать, то более тихого и мирного человека вы не найдете. Говорят, в детстве я был самым спокойным ребенком из всех существующих - мог часами сам с собой играть. И сейчас мне не нужна компания, чтобы себя развлечь, я всегда знаю, чем заняться: от чтения до конструктора и вышивания.

- ???

- Моя няня - киевлянка, выросшая на Подоле, - научила меня всему. И иногда, когда у меня есть время, я вышиваю салфетки. Я вообще очень спокойный человек: не люблю двигаться, не люблю бегать...

- Конечно, после спектакля-то! Вам, кстати, уже 34, а век танцовщика недолог... Тяжело будет расставаться со сценой?

- Не думаю. На сцену я все равно буду выходить, и у меня нет амбиций всю жизнь в белом трико играть принца. У меня когда-то была тяжелая травма, очень нелегкий момент в жизни, когда я сознательно стал исполнять второстепенные роли - чтобы заставить себя творчески работать. И мне это очень нравилось, правда. Вот в таких ролях на сцену и буду выходить - просто для удовольствия. А с карьерой классического премьера, конечно, тяжело будет расставаться, но с другой стороны - у меня накопилась такая усталость! Не от работы - от ответственности. Я рано (в 27 лет) стал самым титулованным артистом своего поколения, и это дамоклов меч: ты - народный артист, и должен выдавать другой результат. И потом, эта профессия очень тяжелая и очень плохо оплачивается. А я всегда был солистом и привык жить хорошо. Поэтому давно уже подумываю о телевидении и даже подготовил себе определенную нишу...

- Вы родились 31 декабря - не обидно? Гости вроде и вас поздравляют, и Новый год празднуют?

- Да весь мир празднует мой день рождения! Это же лакмусовая бумажка: если человек забывает меня поздравить, то сказать: "Извини, забыл, замотался" он не сможет. Значит, он ко мне плохо относится, если не поздравил. К тому же, последние лет 13 меня поздравляют в телевизоре. А я себе который год на день рождения делаю подарок: танцую Щелкунчика. В детстве я очень любил 31 декабря ходить на "Щелкунчик", и сейчас нравится мне танцевать в этот день. Настроение совсем другое: просто танцуешь в кайф.

- А еще от чего кайф ловите? Шоппингом, например, балуетесь?

- Шоппинг - нет, просто иногда хочется себя порадовать. Я, например, знаю: вчера спектакль станцевал хорошо, надо себе сделать подарок. Как-то в советское время, когда доллар был колоссально большой, я на гастролях купил себе за $60... зайца. Все на меня смотрели, как на сумасшедшего: на эти деньги можно было жить несколько месяцев! А я так хотел эту игрушку! Несколько недель вокруг нее ходил. А тогда доллары нельзя было ввозить в Союз, и все покупали видеокассеты на продажу, еще что-то... А я - ребенок, который ел мороженое и очень хотел игрушек, - купил зайца. И этот заяц добил всех.

- А из подаренного вам что наиболее памятно?

- Знаете, я ведь перетанцевал перед всеми великими, которые были и есть на этой земле, - президентами, королями... В 95-м году в Россию приехала принцесса Диана - она как раз была в разгаре своего развода и пришла к нам на балет "Сильфида". Очень высокая женщина оказалась, я рядом с ней стоял на полупальцах и все равно был ниже. В ней ничего не было такого красивого, но в комплексе было в ней какое-то обаяние. После спектакля Диана встретилась с труппой, жала всем руки, а по протоколу они обязаны говорить одинаковое количество слов каждому. Исполнительнице персонажа, который губит неверного мужчину, она сказала: "Только вы знаете, как обращаться с неверными мужьями". Диана подарила всем цветы, а потом ко мне подошла ее переводчица: "Вы знаете, она по протоколу не имеет права никого выделять, но вы ей понравились больше всех. В вашей гримерке лежит букет от нее". Букет, конечно, давно завял, но визитку и булавочки, которыми она была приколота, я храню до сих пор...

P.S. Интервью бралось в Киеве, куда Николай Цискаридзе летал на съемки местной телепрограммы "Танцы со звездами..."

Виктория Аронова
"Газета по-киевски", 25 октября 2007 года

афиша: апрель

21 апреля - гастроли в Литве с проектом "Балеты столетия", "Жальгирис", Каунас;

26 апре­ля, 19.00 - Юбилейный концерт Святослава Бэлзы, Новая Опера.

афиша: май

18 мая, 19.00 - "Жизель" (партнёрша - С.Лунькина), Большой театр;

20 мая, 19.00 - "Жизель" (партнёрша - А.Антоничева), Большой театр.

лучшие люди

Страничка Николая Цискаридзе на сайте проекта "Лучшие люди страны".